Анжелфил
— Lives, lived, will live. — Dies, died, will die.
Люди уходят. Когда кончаются слова, когда боль от изматывающего боя сходит на нет, люди уходят. Их сердца сжимаются до размеров крошечного граната, становятся черным сгустком крови с вкраплениями грязных примесей. Они покидают нас, стоит переоценить важность и предъявить счёт за оказанные почести. Потому становиться глупо говорить о чувствах, держать за руки... они растворяются в утренней дымке, стоит резануть по их жизни. Именно тогда приходит это пустое осознание. Быть может боль и злость. Кто-то попытается обвинить ушедшего в том, что тот и не боролся вовсе, хотя и обещал. Детская вера в сказку, где добрая фея делала всё, стоило попросить. Наверное просто в них что-то разрушается, рассыпается в мельчайшие песчинки. Любят ли они? Чувствуют ли они? Несомненно. Их желание оберегать и охранять превышает все правила. Быть может они и правда феи... Ведь всё доброе и светлое принимается с незапоминанием, оно не остаётся огромным штандартом, как и безликое желание защищать. Это перестаёт быть важным, пока живёт сказка, а потом всё становиться омерзительно чёрным... и в холодной комнате остаётся лишь воющая душа растерзанного тела. Их можно остановить... Но воссоздать былую картину не выйдет уже никогда. Это люди-куклы, всего лишь фарфор чужих желаний с полу сердцем и... всем «полу...» Они ушли, но их вернули и привязали ниточки.
«Ты не имеешь власти надо мной!..»
И... лёгкий поцелуй. Отторжение на уровне сознания. Но они полуживы, сопротивление будет резким и всепожирающим. Их тела будут разрываться и склеиваться вновь. Полу глупость и полу желание. Навечно. До последнего вздоха.